«Первые 4 ящика водки и 10 ящиков пива ушли за сутки»
Фото ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин

Фото ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин

«Русская планета» поговорил с пермскими предпринимателями, торговавшими в киосках в 90-е

Год от года в Перми становится все меньше уличных киосков. Уже несколько лет власти без продыху убирают с улиц города так называемые «незаконные объекты уличной торговли», к которым относится большинство киосков. В 2014 году, в частности, обещают снести 441 такой объект. Торговля в них, по словам чиновников, ведется без разрешений в неприспособленных для этого местах, что угрожает здоровью жителей и портит облик города.

Но еще совсем недавно, в 90-е годы, киоски не то что никому не мешали — они процветали. Корреспондент «Русской планеты» поговорил с несколькими предпринимателями, владевшими киосками в то время, чтобы вспомнить, как это было.  

 «Я всегда старалась быть честной»

Надежда Фомичева: У меня с 1989 года был свой книжный бизнес, и к началу 90-х у меня было несколько киосков с книгами, магазинчик в крупном городском ДК, несколько складов в съемных квартирах и своя сеть водителей, которые возили мне книги из Твери, Москвы, Минска и Украины.

Открывать свое дело тогда было очень просто — тем более, что я знала все про бухгалтерию, законы и постоянно брала себе новые налоговые кодексы. Это ведь сейчас все можно посмотреть в интернете, а тогда приходилось постоянно покупать книги обновлений кодексов, чтобы знать свои права и обязанности. Но многие не делали даже этого — просто предпочитали отстегивать немного прибыли бандитам и представителям милиции, чтобы они не приходили с проверками.

Бизнес я начала случайно. На фабрике, на которой я раньше работала, вместо денег зарплату выдали канцтоварами. А зачем мне несколько ящиков блокнотов, я и давай их продавать знакомым. Оказалось удачно, тогда я решила открыть маленькую точку на рынке. Увидев, что люди покупают, стала возить книги.

Но я всегда была честной — это все знали и за это меня уважали. Когда ко мне в 1991 году впервые на точку пришли «брать под крышу» я сказала, что я уважаемый предприниматель, дружу с законом и не обязана никому ничего платить. В ту же ночь мой киоск сожгли. Тогда я поставила новый в том же месте — его тоже сожгли. На третий раз я поставила охранников, которые круглосуточно находились в магазине — бывших ветеранов Афганистана и хорошо им платила. Когда они несколько раз отгоняли хулиганов, от меня отстали.

Совсем по-другому, конечно, было на дорогах, по которым ездили фуры с моими книгами. Однажды мне должна была прийти большая партия книг из Москвы. Со склада мне позвонил водитель, сказал, что выезжает и позвонит из следующего города. Прошло несколько дней — от него ни духу, ни слуху. Еще через пару дней он нашелся живым, но без груза и машины. Оказалось, что в районе Кирова, к которому он подъезжал встать на ночную стоянку, его обогнало несколько машин и стали резко тормозить перед ним. Пришлось встать на обочину — тут же из автомобилей вышли люди в масках, вытащили водителя из машины, избили, а фуру угнали. И пролежал он в канаве почти сутки. Фуру мы нашли потом на одном рынке с липовыми документами.

Поехала я тогда разбираться в Москву и ехала в купе с местным работником прокуратуры. Мы с ним выпили, разговорились и с тех пор он мне много раз помогал в борьбе с милицией и бандитами. Жалко, умер уже давно. Застрелили.

Самую большую сложность тогда представляли даже не криминальные разборки или милицейский беспредел. А как ни странно, жесткая конкуренция. Книжный бизнес в Перми тогда активно развивался и не все предприниматели поддерживали друг друга. Рекламы почти ни у кого не было — предпочитали просто отнимать места силовыми методами. Но мои афганистанцы мне очень помогали, конечно.

Во время дефолта люди почти перестали у меня покупать — но обновлять ассортимент надо было все равно. Я поехала абсолютно без денег в Тверь, договариваться с издательствами, чтобы мне без денег дали партию товара. Сначала там все крутили пальцем у виска — совсем чекнутая, мол, приехала. Ничего, дали. Деньги я им прислала обратно после реализации. Так и жили, на честном слове или благодаря силе. Мне проще было жить правдой.

В конце 90-х мне по личным причинам пришлось продать весь бизнес. Теперь вот на пенсии, зато спокойная и счастливая.

 «Я всю ночь сидел с ружьем в киоске»

Егор Митин (имя и фамилия изменены по просьбе героя): У меня было несколько киосков по продаже алкоголя. Началось все просто — в районе, где я живу, не было ни одного места, где можно было купить вечером выпивку и закуску. Мои друзья жаловались на это, приходилось ездить в центр города на машине. В декабре 1993 года мне это надоело, и я просто продал машину, купил себе железный контейнер и партию алкоголя на заводе «ПермАлко». Первые 4 ящика водки и 10 ящиков пива ушли за сутки. Тогда я понял, что сделал правильный выбор.

Первые полгода я сидел в киоске сам со старшим сыном. Сложно было найти человека, которому бы можно было доверять и не бояться, что ночью он стащит все кассу и сбежит. Всякое тогда бывало. Да и надо быть кремнем — раз в неделю к нам приходили местные «крышующие» брать дань. Размер зависел от того, какая банда сейчас держит район – было время, когда они менялись буквально раз в неделю и все приходили ко мне. После того, как я в один месяц я заплатил в пять раз больше обещанной суммы, я перестал платить. Ночами сидел в ларьке с ружьем, отгоняя подозрительных личностей. Но у них все устаканилось, и с 1994 года сборщики мзды уже не менялись. В итоге мы с ними даже немного подружились — во время праздников они брали у меня алкоголь вместо денег, чему я был очень рад.

Никаких лицензий на продажу у нас не было. За все время существования киоска – с конца 1993 по 1997 год ко мне пришла одна проверка, которой пришлось заплатить. Это было очень свободное время для бизнеса, где любые проблемы решались деньгами и связями.

Проверку, которая ко мне пришла, я заслужил. Ко мне пришла большая партия паленого алкоголя. Такого, по-настоящему. Трясешь бутылку крепкого напитка — а из него пена начинает идти. И поставщики не принимали партию обратно. Тогда я стал продавать нормальный алкоголь по одной цене, а паленый стоил чуть ниже. Но я, конечно, предупреждал покупателей о возможности отравления. Но разве людей остановить предостережением от скидки. Вот и стали люди отравляться. После одного серьезного случая мне позвонили братки и сказали, чтобы я выкидывал эту «бурду», потому что ко мне идут гости. Я их послушался — и через день ко мне пришли из Роспотребнадзора. Бандиты хоть и был плохими людьми, все равно были заинтересованы, чтобы наш бизнес жил — потому что без этого и у них денег не будет.

Часто давал алкоголикам из соседних домов водку в долг, потому что они, хитрецы, стали ошиваться около киоска с просьбой покупателям накинуть им на «поллитра». Покупателей это отпугивало, и я терял деньги. Приходилось давать. Но, обычно, все возвращали.

Потом я стал расширять сеть – поставил точку на рынке, и на центральной улице города. Вот тогда начались крупные проблемы – все районы, где стояли мои киоски, контролировали враждующие группировки. И за каждую точку приходилось платить отдельно так, чтобы никто не узнал, сколько у меня ларьков на самом деле, потому что тогда могли и вообще убить за то, что прогнулся «под каких-то лохов».

Милиция старательно обходила нас стороной, приходили только за товаром с угрозами, что закроют. Но обычно братки предупреждали, чтобы мы ментов не боялись — со всеми уже давно договорились, кому надо было заплачено, и только всякие мелкие должности могут выпендриваться — но их не стоит опасаться. Так и жили.

За все время существования киосков я ни разу не платил налоги. Многие предприниматели считали, что если ты платишь бандитам, то с чего-вдруг надо еще платить и государству, которое для тебя почти ничего не делало.

Когда эта эпоха стала заканчиваться, я ушел с улицы в магазины, начал платить налоги, вести дружбу с чиновниками и сейчас все у меня хорошо. Главное правильно понять, что время сменилось и поменяться самому.

«Хорошо, что все закончилось»

Эльвира Хализулина: В 90-х я торговала кассетами, а потом дисками на площади перед центральным рынком в киоске. Тогда это было очень популярно — покупателей были под сотню в день, хотя рядом стояли еще 10 киосков, где тоже продавали кассеты.

Около киосков постоянно ходили цыгане и просили с нас денег. Поначалу мы им давали, потому что иначе они блокировали подступы к ларькам и покупатели просто боялись к нам подойти. Но однажды они пропали — больше я их в наших краях не видела. Ходили слухи, что братки разобрались с ними, но я не могу точно сказать, правда ли это.

Каждый вечер ко мне приходил человек, который был «главным охранником рынка», покупал кассету, в которой должно было находиться 20 процентов от дневной выручки. Я считала, что это очень много – но мы не могли препятствовать ему.

Товар к нам привозил собственник ночью на газели, сам раскладывал его по полкам, говорил — какую музыку надо включать в определенное время, когда делать потише, а когда — громче. Работали мы в киоске вдвоем с сестрой с 8 утра до 12 ночи.

На рынке часто жили бомжи и ходили в район музыкальный, как мы называли наш ряд, слушать музыку. Денег мы им не давали — они все прекрасно понимали. Но однажды они ограбили женщину, которая разносила нам чай и обеды.

Был такой случай — ко мне пришла женщина, сказала, что из Москвы приехала к моему шефу. А тогда ведь телефонов не было, середина 90-х на дворе. На улице зима, она два часа стояла у киоска, и я пустила ее погреться. Она зашла внутрь, закрыла дверь и села около нее, достав нож. Мне пришлось отдать все деньги из кассы, и я даже не могла взять биту, которая обычно лежала у двери. После этого она меня поблагодарила и ушла. Тогда меня и уволили.

Хорошо, что все закончилось именно так. Потому что были случаи, когда продавцов просто убивали мошенники-гастролёры. Они не подчинялись местным бандам, а просто ездили по стране, грабя магазины. Иногда страшно было даже в туалет вечером из ларька выйти.

Но были и свои плюсы — хоть мы и работали без выходных, отпусков, пенсионных и прочего – зато у нас была работа, которую мне было бы в связи с отсутствием образования, очень не просто получить. И платили стабильно, хоть и не очень много. И продавцы из соседних магазинов стали моими друзьями – мы до сих пор общаемся.

«Цветы — самый ходовой товар»

Роза Милюткина: Сейчас я владею несколькими цветочными магазинами, которые приносят мне хорошую стабильную прибыль. Но начиналось все совсем по-другому.

В 1993 году я открыла первый цветочный киоск, который находился на одном из многочисленных рынков города. Сначала я думала поставить его где-нибудь просто на улице, но ведь на рынках людей больше. Там и встала.

Местные бабушки, летом торгующие цветами из своих огородов, меня сразу невзлюбили.  Еще бы, они тут торгуют уже много лет, прибавляя себе немного к пенсии, а тут пришла какая-то самозванка и давай предлагать покупателям качественный товар, еще и красиво завернутый.

У цветочного бизнеса есть несколько особенностей. Во-первых, все такие магазины работают круглосуточно. Это связано с тем, что цветы — продукт скоропортящийся, и его сбывать нужно сразу. Во-вторых, в киоске всегда должен гореть свет, и стены быть прозрачными, чтобы солнечный свет тоже мог поступать. И в-третьи, вечером и ночью покупателей на цветы находится ох как не мало, можете мне поверить. Поэтому приходилось работать постоянно.

К моему магазину тянулись кабели с электричеством, для того, чтобы у меня было светло и тепло. И осенью 1993 года кто-то ночью перерезал эти кабели, из-за чего мне пришлось распродать все цветы практически по себестоимости. После этого случая я пошла к руководству рынка.

Руководство работало по достаточно простой схеме — чем ты больше зарабатываешь, тем больше отдаешь им для того, чтобы стоять на этом месте и тебя не трогали никакие ведомства, бандиты и прочее. Они сами, видимо, уже разбирались со всеми. И рынку, естественно, выгоднее держать крупных и успешных предпринимателей, чем маленьких бабусек, которые им почти ничего не платят и не выгоняли их только для того, чтобы было не стыдно смотреть в глаза своих матерей, говорили мне там.

Но бизнес-бизнесом, и через несколько дней ко мне пришли две бабушки и извинились за то, что сделали. После этого они мне поставляли свои цветы — потому что кабель мне пришлось протягивать за свой счет.

Цветы нужны всем, поэтому какие только люди не приходили ко мне. Были и братки на огромных мерседесах и золотыми перстнями, которые за раз скупали полмагазина, кидали валюту на стойку и уходили. Приходилось самостоятельно менять. Приезжали и депутаты за букетами роз, и другие предприниматели.

Однажды ко мне пришел старичок и попросил дать ему 3 цветка — он шел на похороны своей жены, а у него даже не было денег для цветов на могилу. Обещал пол мыть неделю, но я ему просто так дала. У многих тогда было тяжелое время.

Самые большие проблемы были, конечно, с доставкой цветов, которые часто везли из-за границы. Вот там нас обкрадывали все, кому не лень. И таможня, и дорожные бандиты, и водители и даже поставщики. Каждый участок трассы был чьим-то, и мы знали примерно, по каким дорогам можно ехать не боясь, что груз заберут, а на какие лучше не соваться. Но водители же тоже люди не глупые, потому что сначала достанется им, а только потом бизнесу. У нас даже было такое неформальное объединение цветочников Урала, которые старались вместе возить грузы и нанимали охрану из тех самых братков, которые нас грабили, чтобы цветы доезжали до нас.

Я всегда исправно платила налоги, ну, или почти всегда. Только во время дефолта стало с этим трудно — тогда я даже думала совсем закрыться, потому что кому нужны цветы, если есть нечего. Но мы выжили. Потом я купила еще несколько цветочных киосков.

Хорошие в общем были времена, не скучные. Сейчас можно неделю в магазине не появляться и быть уверенной, что с ним все хорошо. Но если бы я так делала тогда, то была большая вероятность, что бизнес у меня просто бы отняли. Бывали случаи, когда владелец вечером возвращается в свой киоск, а там сидит другой продавец и говорит, что теперь это чужой магазин. А рядом с киоском стоит машина с лысыми ребятами, которые на тебя смотрят. И ведь не особо самостоятельно с ними поспоришь — учитывая, что не у всех были документы на ларьки. Даже в полиции не докажешь, что ты его собственник.

«Хлам это или предметы» Далее в рубрике «Хлам это или предметы»Вокруг «Перми-36» вспыхнул скандал с распиливанием и инвентаризацией Читайте в рубрике «Титульная страница» Михаил Ефремов. Давно народныйИсполнилось 55 лет замечательному актёру, которого злые языки предлагают лишить звания Михаил Ефремов. Давно народный

Комментарии

25 июля 2014, 19:45
Ха, парниша, что на фото "запасную почку" пьет, помнится я тоже прилюблял одно время это пивко... Да еще в прикусочку с чизбургером из соседнего ларька..., а в итоге - набрал с десяток лишних килограмм за пару лет, потом ели избавился. )
в 96 году, когда мне было аккурат 16 лет, мой поконый дед, продал кусок земли и решил открыть киоск в деревне, где продавали всякую снедь, отлично шел хлеб и всякие леденцы для детей ну и сигареты, но самый бизнесс начался когда мы начали торговать водкой, за три дня все отбилось и пошла прибыл, правда проторговали алкашкой мы всего неделю, так киоск находился возле дома, и толпа пьяни начала конкретно напрягать по вечерам, бизнесменов из нас не получилось, киоск был продан нерапроданные продукты розданы родственникам
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»